Дванадесяточисленный собор

 Тропарь, глас 4:

 Апостолов первопрестольницы / и вселенныя учителие, / Владыку всех молите / мир вселенней даровати / и душам нашим велию милость. 

 Кондак, глас 2:

 Камень Христос каменя веры прославляет светло, / учеников преизрядна, / и с Павлом весь дванадесяточисленный собор днесь, / ихже память совершающе верно, / сих Прославльшаго прославляем.

 

 

 

 

Патриаршее слово за Божественной литургией в праздник Собора двенадцати апостолов в главном храме Иоанновского монастыря на Карповке (Санкт-Петербург)

 

Во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа!

 

Сегодня Церковь вспоминает имена святых апостолов, тех, кого Господь послал на проповедь, чтобы они по всему миру распространяли учение, которое Он провозгласил людям, чтобы они по всему миру устрояли общины верующих в Него людей. Апостол Павел в Послании к коринфянам, которое мы только что слышали, говорит слова, которые отражали всю его боль. А боль была сильной. Послушайте, как страшно звучат эти слова: «Нам […] Бог судил быть как бы приговоренными к смерти, потому что мы сделались позорищем для мира» (1 Кор. 4:9); «мы как сор для мира, как прах, всеми попираемый» (1 Кор. 4:13). Такие слова не могли быть сказаны без слез, без горечи. Это не слова радости, но это констатация того факта, что апостол Павел и другие апостолы были действительно как бы приговорены к смерти, потому что Богу было угодно послать их по пути, который не был путем мира. Бог послал их идти против основного потока жизни. И кто же может выдержать этот встречный могучий и враждебный поток?

 

И ведь слова апостола были пророческие: все апостолы, кроме Иоанна Богослова, закончили свою жизнь мученически. И в их жизни не было почти того, что мы называем человеческой радостью. Они перемещались с места на место. У них не было того, чем так дорожат люди, — дома. Некоторые из них имели семью, но фактически жили как одинокие люди, потому что их жизнь предполагала постоянное движение, встречи с опасностями. Говоря о себе, Павел упоминает о страшных обстоятельствах жизни. Это и тюрьмы, и избиения палками, и побитие камнями, это предательство, это опасности от людей: и от язычников, и от иудеев, и от лжебратьев, как он говорит (см. 2 Кор. 11. 23-32). Трижды он был на волосок от смерти по причине кораблекрушения. Вот такую участь Господь благословил подъять своим ближайшим ученикам, которых он любил, с которыми проводил жизнь свою земную, с которыми делился тайнами Царства Божия. И кто-то может сказать: а почему же Господь не пожалел своих учеников? Ведь Он — всемогущий. Одного Его слова было бы достаточно, чтобы апостолы жили мирно, благополучно, спокойно, обеспеченно. Тем более что они с самого начала были окружены тысячами тех, кто преклонял главы пред ними, слушал их слово. И, наверное, нашлись бы среди окружающих и люди богатые, как говорят теперь –– «спонсоры», чтобы поддержать ближайших учеников Спасителя.

 

Господь уготовил им иной путь, и совсем не по жестокости своей, а потому, что это путь естественный. Бог вообще не связывает нашей свободы, пока мы не захотим сами, чтобы он эту свободу связал. Когда мы молимся Господу, когда мы Его просим, мы просим Его в первую очередь ограничить нашу свободу, войти в нашу жизнь, помочь нам. Особенно там, где мы сами сделать ничего не можем. А все остальное, что с нами происходит, — происходит вследствие той самой свободы, которую Бог нам дал. И потому тайна соединения Божественного и человеческого в истории так и не может быть понята даже самыми проницательными людьми. Где же граница Божьего всемогущества, а где — человеческая свобода? Так вот, Господь предоставил апостолам идти по жизни в соответствии с той логикой внутренней жизни мира, которая существовала тогда. Но разве мог мир спокойно встретить такое радикальное свидетельство о ценностях человеческой жизни, которое принесли апостолы. Разве могли эти утопавшие в роскоши патриции на своих виллах, в теплых банях, услаждаемые грехом, понять, что им говорят апостолы? А философы, обладавшие надменным знанием и считавшие, что они достигли вершин, что их дело заключается в том, чтобы эти знания лишь передавать другим? Кто их может оспорить? Рыбаки несчастные с окраин Империи?

 

Да и израильский народ смущался от слов апостолов. Их проповедь — о воскресении, их проповедь — о любви ко всему миру, их проповедь — о том, что каждый человек вне зависимости от нации, в том числе и вне зависимости от принадлежности к народу избранному, является чадом Божиим и наследником обетований. Вот почему в другом месте апостол Павел и говорит, что та проповедь, которые они несли миру, для одних, для иудеев, была соблазном, а для эллинов — безумием (см. 1 Кор. 1:23).

 

Мир и отвечал на этот соблазн и на это безумие. Отвечал тем, что в какой-то момент игнорировал все, что говорили апостолы. А когда игнорировать уже было нельзя, просто силой расправился с теми, кто продолжал служение Спасителя.

 

Мы называем Церковь Апостольской потому, что она продолжает дело святых апостолов. По человечески нам иногда бывает очень тяжело, когда Церковь сталкивается с несправедливостью, когда не слышат ее голос, особенно же тяжело приходилось в годины испытания и гонений, когда насильно уничтожалась вера, притеснялось священство, закрывались храмы. И наверно в тот момент каждый мог сказать словами апостолов: «Бог судил быть нам как бы приговоренными к смерти». Даже слова «как бы» уже по отношению к нашей истории неуместны. Бог судил отцам нашим быть приговоренными к смерти. И они, подобно апостолам, приняли эту смерть. Они были прахом, мусором для общества. Те, кто растирал этот прах, считали, что делают великое дело: помогают народу освободиться от предрассудков, стать образованными, счастливыми. Мы знаем, чем все закончилось. Мы лобызаем останки тех, кто был прахом для мира. Мы склоняемся перед их святыми мощами. Ни одно имя не забыто. Мы помним имена бесчисленных мучеников, исповедников, светильников, всех тех, кто имел мужество по слову Божию продолжать Его дело.

 

Сегодня мы живем, конечно, не в то время, когда кто-то может физически прекратить нашу жизнь, будучи несогласным с нашими убеждениями. Сегодня нет прямых, видимых опасностей. Но это не значит, что изменилась природа апостольства. Она всегда неизменна. Над этим апостольским служением — всегда слова апостола Павла: «Бог судил нам быть как бы приговоренными к смерти». Только сегодня эти слова «как бы» очень уместны. А почему это происходит? А происходит это потому, что Слово Божие, по тому же слову апостола Павла, как меч обоюдоострый. Он разделяет даже человека на душу и дух, как бы расчленяет человека. Этот образ рассекающего меча является очень сильным. Он дает понимание того, что несет миру Слово Божие. Оно никого не оставляет безразличным. И если одни с радостью это слово принимают, и готовы встать вместе с апостолами или стать продолжателями их дела, отождествить себя с прахом и мусором человеческого общества ради того, чтобы слово Божие в мире торжествовало, то другие встречают это слово с сопротивлением и злобой.

 

А что же служение апостольское? Каждый апостол, как и каждый его последователь, глубоко проник в суть Божественного Слова, принесенного Господом. Потому не может апостол, не может его продолжатель, не может Церковь на действия и слова гонителей отвечать хулой, на силу отвечать силой. Призвание Церкви — с любовью обращаться к тем, кто готов топтать этот прах и кто не готов слышать тех, кого считает сором.

 

Слово Церкви всегда исполнено любовью, потому что Господь принес нам любовь. Именно поэтому Церковь стала исцеляющей общиной — в прямом, физическом, смысле этого слова, ибо в Церкви продолжается служение Спасителя, и в том числе по исцелению людей. Но, кроме того, Церковь именуется общиной исцелений потому, что призвана исцелять раны человеческие, раны общества. И есть единственное средство ― любовью исцелять эти раны, с любовью миру нести слово о Христе, даже если мир неспособен с любовью это слово слышать. У Церкви нет другого оружия. У нее нет права употреблять силу и, собственно, самой силы нет. Какая же сила у праха земного? У Церкви нет никаких иных способов воздействовать на сознание людей, как только словом, исполненным любви и правды. Но как важна эта миссия Церкви для всего рода человеческого! Даже если слово это произносится наперекор общему потоку жизни с его ложными и опасными ценностями, как важно, чтобы слово это звучало! Потому что пока оно звучит, люди способны его слышать, и вставать в ряды тех, кто идет против общего потока жизни. И чем больше таких людей, сильнее встречное движение, тем сильнее встречный поток идущих к Царствию Божиему.

 

Церкви не дана окончательная победа в этом столкновении с миром, который ее не принимает. Из Слова Божия мы знаем, что такая победа связана не с историческим служением Церкви, а с парусией, таинственным явлением Господа и Спасителя во дни Его Страшного Суда. Мы знаем, что такая победа заложена в саму миссию Спасителя, ибо воскресением Своим он разрушил дьявола.

 

Ну а что же Церковь? Что же продолжатели апостолов? Должны ли они отступать, сознавая, что у праха нет силы? Должны ли они замкнуться в себя, живя узкой группой единомышленников, собираясь на Богослужения, молясь и поддерживая друг друга. Некоторые так и думают: «Ну что же, Бог с ним, с этим миром. Мир во грехе лежит. Спасайся, малое стадо!»

 

Сам пример святых апостолов опровергает такой подход Церкви к своему общественному служению. Апостолы не остались в Галилее, в окружении единомышленников, жен-мироносиц. Они отказались от сравнительно комфортной и спокойной жизни, и пошли навстречу этому мощнейшему потоку, который противодействовал их миссии. Они пошли по дорогам Галилеи, Иудеи, Малой Азии, Европы, Азии. Они шли для того, чтобы мир услышал Слово Божие. И мир услышал их слово, исполненное силой и любовью. И Церковь, которая продолжает дело апостолов, призвана сегодня делать то же. Накапливая духовную силу в своих общинах, через совершение Божественной службы, через молитву и взаимное общение, выходя в мир, мы должны нести этому миру апостольское послание с верой и надеждой на то, что Бог будет прилагать спасаемых к Церкви, как совершал это Он во дни святых апостолов.

 

Сознание принадлежности к Апостольской Церкви всем нам должно открывать правильную перспективу отношений Церкви и мира. Церковь не смешивается с миром, но она призвана воцерковлять мир. Она призвана нести в мир то величайшее свидетельство, которое получило от святых апостолов –– с мужеством, со смелостью и дерзновением, и с любовью. И верим, что это апостольское служение Церкви, в которое вовлекаются иерархи, священнослужители и миряне, никогда не пресечется дол скончания века. Аминь!

 

Пресс-служба Московской Патриархии